Эту поездку для них организовала Генеральная дирекция по обслуживанию иностранных представительств. Увиденное произвело на дипломатов неизгладимое впечатление. Об этом говорили главы дипломатических миссий Аргентины, Бельгии, Македонии, Хорватии, сотрудники американского, индийского, итальянского, германского, российского, японского посольств....

Напомним нашим читателям, что эта страшная катастрофа случилась 26 апреля 1986 года и стала одной из самых трагических страниц истории Украины. "Мирный атом", вырвавшись из-под контроля, нес смерть всему живому. Смерть эта была невидимой, беспощадной и, что самое страшное, для многих совершенно непонятной. Ни люди, ни техника не были готовы к тому, что произошло. В ходе ликвидации аварии не выдерживали и выходили из строя металлические приборы, машины и даже суперсовременные японские роботы. Пришлось в спешном порядке создавать более выносливый отечественный аналог, агрегат с ласковым названием "Малыш". "Малыши", отправленные на разведку в самое пекло, докладывали о запредельных дозах излучения... и тоже вырубались. Выносливее всех оказались люди — сотрудники АЭС и прибывшие им на помощь военнослужащие, пожарные, летчики, врачи...

Сегодня основная задача людей, работающих в зоне; заключается в минимизации выноса радионуклидов за пределы зараженной территории. Особая угроза возникает в период весенних паводков, когда подтапливаются загрязненные территории, вследствие чего радионуклиды смываются в реку Припять и далее попадают в Днепр. Так, после большого половодья 1991 года на левом берегу построили защитную дамбу, благодаря чему радиоактивную "утечку" удалось значительно снизить. В этом году планируется закончить аналогичное сооружение на правом берегу.

...Наш автобус въезжает в Чернобыль. До аварии здесь было 12 тысяч жителей. Сейчас город представляет собой своего рода общежитие для вахтового персонала станции — это около 4–5 тысяч человек. Здесь нет ни одного подростка — пребывание в зоне людей младше 18 лет запрещено законодательством.

Проезжаем воинскую часть. Справа — обелиск с надписью: "Тем, кто спас мир". Его собственноручно построили пожарные по своим же эскизам к 10-летию со дня аварии. Затем автобус попадает в зону отчуждения, территория которой загрязнена больше всего. Стронций и цезий. Период полураспада — около 30 лет. Для того, чтобы эта местность обрела свой прежний облик, таких периодов нужно 9–10, в пересчете на годы — около трех веков. И это не считая плутония, от которого Чернобыль избавится только через тысячу лет...

Въезд на территорию, прилегающую к станции, строго ограничен, нужны особые отметки в пропусках. И обязательный дозиметрический контроль на выходе. Впрочем, здесь таким образом контролируется все — воздух, вода, грунт, мясо диких животных. Учитывая то, что в зоне по понятным причинам запрещено охотиться, ловить рыбу, собирать грибы и ягоды, эти земли превратились в настоящий заповедник. Возможно, поэтому здесь так много диких животных и птиц, в том числе и тех, которые занесены в Красную Книгу. Радиация охраняет их лучше любых сторожей. Животные облюбовали и Припять, основным "населением" которой стали... кабаны.

Примечательно, что у белорусов зона отчуждения так и называется — Полесский радиологический заповедник. Туда завезены зубры и другие экзотические животные. На украинской территории тоже пытались повторить подобный опыт, но зубры здесь не прижились.

В административном корпусе ЧАЭС нас встретил директор Юрий Неретин.

— Чернобыльская станция вступила в этап прекращения работы, — рассказывает он. — С помощью мирового сообщества на площадке сейчас ведется мощное строительство. Возводятся предприятия, необходимые для снятия станции с эксплуатации, — заводы по переработке радиоактивных отходов, хранилище для отработанного ядерного топлива и другие объекты.

Насколько мы защищены от повторения катастрофы, подобной Чернобыльской? Директор явно отвечает на этот вопрос не впервые.

— Блоков такого типа в Украине больше не существует. Это уже весомая гарантия безопасности! К тому же, другие работающие сейчас агрегаты соответствуют всем мировым требованиям. Вероятность взрыва ядерного реактора — один за 100 тысяч лет.

Здоровью работников станции тоже ничего не угрожает, отметил Ю. Неретин. К тому же, медицинские обследования персонала проводятся регулярно, применяются дополнительные меры индивидуальной защиты. Для убедительности директор привел несколько образных примеров: за время авиаперелета из Франкфурта до Атланты пассажир самолета, находящегося на высоте 10 тысяч метров, получает такую же дозу радиации, как сегодняшний работник ЧАЭС за полгода. Путешествуя по высокогорной местности или отдыхая на Красном море, турист может считать себя по совместительству сотрудником Чернобыльской станции — в том и другом случае дозы сопоставимы... Не следует забывать, что у работников АЭС — свое особое меню, составленное из продуктов, выводящих радиоактивные вещества из организма. Ничего экзотического или сверхъестественного в их рационе нет — в частности, главным "пищевым радиопротектором" в Чернобыле является обычная морковь.

Во время пребывания на территории города нам довелось прослушать не одну интересную лекцию и узнать много новых фактов, в том числе и об объемах помощи, которую оказывает Украине в закрытии станции мировое сообщество. В перерывах между встречами дипломаты охотно фотографировались на фоне блоков ЧАЭС и других атрибутов местной "экзотики". Особой популярностью у зарубежных гостей пользовался бюст Ленина во дворе административного комплекса.

...За несколько часов пребывания на атомной станции и при выезде мы трижды прошли радиологический контроль. Все в норме, никто не облучился, жить будем. Но опытные сотрудники АЭС посоветовали нам для большего спокойствия выпить дома по бокалу красного сухого вина. Совет, разумеется, всем понравился...

На обратном пути я попросила дипломатов поделиться впечатлениями от увиденного. Говорили они охотно — и сама станция, и мертвая Припять, в которую мы заехали после Чернобыля, безусловно, не оставили равнодушными никого...

Посол Македонии Мартин Гулески:

— Авария на ЧАЭС — чудовищное бедствие! Я поинтересовался, какими техническими способами здесь пытались ликвидировать последствия катастрофы, и мне рассказали в подробностях, в том числе и о проекте построения второй оболочки реактора. Мне очень жаль, что мировое сообщество не помогло Украине решить эту проблему быстрее. Украине должны помочь все, у кого есть хотя бы малейшая возможность сделать это.

Посол Хорватии Марио Миколич:

— Признаться, увиденное меня очень впечатлило. Больше всего я думаю о трагических судьбах людей, которые жили на этой территории. Не дай Бог такому повториться!

Посол Бельгии Пьер Коло:

— Сегодня я отчетливо осознал, что нанесенный аварией ущерб значительно больше, чем можно об этом услышать и прочитать. Не говоря уже о человеческом факторе. Припять — город, в котором раньше проживало 50 тысяч человек, — сегодня превратился в какую-то пустыню после ядерного Апокалипсиса... У меня остались очень тяжелые впечатления.

— В последнее время все чаще говорят, что европейские страны выделяют на Чернобыль намного меньше средств, чем обещали ранее...

— Об этом обязательно нужно позаботиться. Необходимые работы на ЧАЭС должны закончиться своевременно, и долг мирового сообщества помочь в этом Украине. Нужно разобраться, кто отвечает за эту помощь. Этот вопрос требует тщательного рассмотрения — как, впрочем, и проблема целесообразности эксплуатации атомной энергетики вообще. При строительстве новой атомной электростанции и государство, и компании, которые этим занимаются, должны осознавать, что ответственность за это они несут перед всей нашей цивилизацией...

Сатеник АГАКАРЯН,
"Дипломатический мир"